В течение последнего десятилетия Telegram от Павла Дурова стал неотъемлемой частью жизни российских граждан. Этот мессенджер заменил собой множество традиционных функций: через него поддерживают контакты с близкими, работают, развлекаются. Telegram стал основным средством массовой информации в условиях сжимающегося публичного пространства.
Однако сейчас власти России намерены лишить своих граждан привычного образа жизни, стремясь заменить Telegram на мессенджер Мах. Это решение, принятое на фоне отчуждённости населения от государственных инициатив, демонстрирует не только недооценку недоверия граждан к государственным проектам, но и их нежелание предоставлять властям доступ к личной информации. Мах, как утверждают власти, стал популярным, но попытка заменить им Telegram игнорирует многоголосую информационную среду, где становятся возможными иные точки зрения.
Попытка уничтожить Telegram — это уже третья крупная ошибка российской власти с 2022 года. После вторжения в Украину и провала частичной мобилизации, теперь власти лишают граждан привычного сервиса. Это не просто попытка исправить предыдущие просчёты, но и стремление к переделу собственности на цифровом рынке.
Суть нападок на Telegram — в перераспределении цифровых активов. Заявления о незаконности рекламы на заблокированных площадках — лишь прикрытие для более глубинных экономических интересов. За мессенджером Мах стоят влиятельные фигуры, такие как VK Group и члены семьи Кириенко, стремящиеся взять под контроль финансовые потоки.
Государство, по сути, превращается в рэкетира, навязывая гражданам безальтернативные решения, подобные Мах. Изолированный интернет — это попытка удержать власть в условиях неизбежных экономических и политических потрясений.
Тем временем журналистка Фарида Рустамова отмечает, что даже российские чиновники не доверяют Мах, предпочитая покупать для него отдельные телефоны и SIM-карты. Попытка принудить граждан к переходу на платформу, подконтрольную ФСБ, оказывается непопулярной. Единственная надежда на успех Мах — отсутствие альтернатив.
Вопрос в том, что может противопоставить Дуров этой атаке. Telegram сталкивается с двумя вызовами: изощренной системой анализа интернет-трафика и частичными отключениями связи по иранскому образцу. Тем не менее, технологии существуют, и Дуров может перестроить архитектуру Telegram на p2p-протоколы, что сделает систему более устойчивой к блокировкам.
Возможный ответ властей на такую стратегию — уголовные преследования Дурова и его команды. Это может разрушить коммерческую модель Telegram в России и превратить его в символ сопротивления режиму.
Тем временем, личное состояние Дурова стремительно сокращается из-за потери рынков Ирана и России. Если он действительно ценит свою идентичность как борца за свободный интернет, самое время вступить в игру с российским государством.
В условиях блокировок традиционные p2p-протоколы могут быть затруднены, но существует ещё более радикальное решение. Устройства с установленным Telegram могут создавать горизонтальные p2p-сети без доступа к интернету, используя Bluetooth и WiFi. Это проверено в Гонконге в 2014 году.
Власти могут полностью отключить интернет, но Дуров способен запустить свой собственный, позволяя пользователям обмениваться сообщениями. Такой интернет будет медленным и неустойчивым, но лучше, чем полное отсутствие связи. Ответом может стать разве что признание пользователей террористами.
Полностью децентрализованная модель связана с решением сложных задач по идентификации устройств. Интернет имени Дурова — это всего лишь теоретическая возможность борьбы с цензурой на основе инфраструктуры мессенджера.
