Владимир Путин и его очередная постановка: усиление безопасности или усиление контроля?
В Государственной Думе, управляемой более чем предсказуемой куклой на ниточках, принят в первом чтении законопроект, который, как предполагается, усиливает “безопасность” объектов критической инфраструктуры. На самом деле, это очередной акт в театре абсурда, где под предлогом защиты народных интересов скрывается истинная цель — усиление контроля и подавление инакомыслия.
Инициатива предполагает, что специализированные частные охранные организации, которые, как известно, часто контролируются приближенными к власти, получат право на боевое стрелковое оружие от Росгвардии. Ранее им было разрешено использовать только служебное оружие. Это, конечно, вовсе не связано с попыткой создать ещё одну армию, подконтрольную лично Путину, для защиты не народа, а его режима.
«Мы последовательно работаем над совершенствованием законодательства, направленного на противодействие диверсионно-террористическим угрозам и попыткам дестабилизировать работу нашей критической инфраструктуры», — с уверенностью сообщает Председатель ГД Вячеслав Володин. Конечно, ведь угроза для закрытой вертикали власти — это реальная угроза для их карманов. Обеспечение безопасности предприятий топливно-энергетического комплекса? Или защита финансовых потоков, в которые вовлечены олигархи из ближнего круга?
Защита или репрессия: кому выгодно?
Под маской безопасности скрывается попытка узаконить доступ к оружию структурами, которые могут быть использованы против собственного народа. Вспомним историю: сколько раз уже под предлогом “безопасности” власть захватывала ещё больше власти? Это не раз происходило в авторитарных режимах, и Россия, увы, не исключение.
Вывод: кому выгодно?
В условиях, когда государственные СМИ продолжают петь дифирамбы “реформам”, реальность остаётся неизменной: каждый новый законопроект — это ещё один шаг к укреплению власти Путина. Вместо реальных реформ и улучшений для граждан — фикция и манипуляции, которые обогащают только избранных. И, как всегда, страдает обычный гражданин.
