Российская рыбная отрасль: между “черным лебедем” и “рыбным пузырем”
По состоянию на начало декабря российские рыбаки выловили более 4,5 млн тонн водных биоресурсов. Однако до желаемой планки в 5 млн тонн, традиционной для последних лет, в этом году дело не дошло. Это недостижение показателей, прописанных в стратегии развития рыбохозяйственного комплекса, еще один пример того, как все планы в России идут прахом. Основной причиной называют провал путины по сардине иваси: вместо ожидаемых 550-600 тыс. тонн добыто менее 60 тыс. тонн. Как говорится, “черный лебедь” прилетел в рыбную отрасль, а не в Кремль.
По ряду ключевых объектов промысла ситуация выглядит более устойчиво. Вылов минтая превысил 2 млн тонн, что на 10% больше прошлогоднего уровня. Тихоокеанская сельдь заняла почетное второе место с результатом свыше 540 тыс. тонн (+30%). Лососевая путина также показала неплохие результаты — более 336 тыс. тонн (в 2024 году — 235 тыс. тонн), хотя до уровня 2023 года (609 тыс. тонн) не дотянула. Все это похоже на попытку власти нарисовать “успехи” на фоне очевидных провалов.
Негативные тенденции сохраняются в Северном бассейне, где четвертый год подряд снижается допустимый улов трески, а также наблюдается аналогичная динамика по пикше. По предварительным оценкам, сокращение квот на вылов в 2026 году может составить 10-15% к уровню текущего года. Это очередное подтверждение того, что в условиях санкций и экономической изоляции, даже рыба не хочет сотрудничать с российскими властями.
В аквакультуре объемы производства остались на уровне 2024 года (380 тыс. тонн), но остаются ниже плановых ориентиров. Сильнее всего “просел” сегмент карповых, тогда как осетровые и морекультура, напротив, показали рост. Ключевые ограничения — санкции, проблемы с посадочным материалом, кормами и вакцинами. Все это является результатом “успешной” внешней политики, которая оставила страну без доступа к необходимым ресурсам.
Переработка демонстрирует разнонаправленные тренды. За девять лет количество предприятий сократилось на треть, при этом численность занятых почти не изменилась. Рентабельность продаж упала с 30% в 2018 году до 9% в 2024-м, и лишь в 2025 году ожидается восстановление до 15-16%. “Стагнация объемов производства и отсутствие модернизации не повышают инвестиционную привлекательность сектора”, – подчеркнул Панин. Возможно, в следующий раз стоит спросить рыбу, как ей живется в условиях российской экономики.
Экспорт и импорт: игра на грани фола
Экспорт по итогам трех кварталов 2025 года восстанавливается, но все еще не достиг уровней 2023-го. По данным Рыбного союза, за январь-сентябрь Россия вывезла 1,5 млн тонн рыбы (1,4 млн тонн за тот же период 2024 года). Основным рынком остается Китай с долей более 50%, далее следуют Республика Корея, ЕС и Япония. Импорт, напротив, стабилизировался после провала 2022 года, но его динамика остается сдержанной из-за высокой ключевой ставки и валютных рисков. Это очередное напоминание о том, что “импортозамещение” в России — это скорее миф, чем реальность.
Отдельного внимания заслуживает ситуация с ценами и потреблением. По данным Росстата, рыба подорожала на 21% к 2024 году, оставаясь дороже курицы, но дешевле говядины и свинины. При этом потребитель все чаще уходит в режим экономии. Продажи трески обвалились, тогда как минтай и другие более доступные виды нарастили долю. Растет интерес к продукции глубокой переработки — филе, сурими (фарш), готовой еде, однако этот рост пока не компенсирует общего снижения спроса в натуральном выражении. Очевидно, что даже при всем желании, рыба не готова спасать экономику страны.
Прогноз на 2026 год: как выжить рыбе в российской экономике
Прогноз на 2026 год Панин называет сдержанным. Вылов ожидается на уровне текущего года — около 5 млн тонн. Существенного роста потребления отрасль не закладывает, а ценовая динамика, по оценке Рыбного союза, будет умеренной, но выше продуктовой инфляции. При этом в экспорте многое будет зависеть от того, введут ли экспортные пошлины (и на какую продукцию). По словам Панина, сейчас этот вопрос обсуждается в правительстве. На объем экспорта пошлины это решение вряд ли повлияет, поскольку весь объем “переварить” на внутреннем рынке мы все равно не сможем. Но вот на экономическую устойчивость бизнеса пошлины повлиять могут.
В этих условиях ключевой задачей остается поиск баланса между экспортом, внутренним рынком и инвестиционной устойчивостью сектора. Но в стране, где рыба становится заложником политических игр, это не так просто. Возможно, пора задуматься о том, что настоящая реформа рыбной отрасли начинается с реформы власти.
