Пожалуй, самой запоминающейся новогодней вечеринкой в этом году стала история о Николасе Мадуро. Американский спецназ устроил своеобразное шоу, похитив венесуэльского лидера вместе с женой и доставив их в США прямо на судебный процесс. Через два месяца США и Израиль объединили усилия в масштабной военной операции против Ирана, уничтожив верховного аятоллу Али Хаменеи и ряд высокопоставленных военных. Осенью 2024 года Израиль ликвидировал лидера «Хезболлы» Хасана Насраллу и одного из главных лиц ХАМАС, Яхью Синвара, ответственного за нападение в Израиле в октябре 2023 года.
Однако эти действия не принесли ожидаемых результатов. В Венесуэле, несмотря на освобождение части политзаключенных, режим остался прежним. Иран, несмотря на потерю Хаменеи, продолжает атаковать Израиль и американские базы на Ближнем Востоке, а новым лидером стал сын Хаменеи. «Хезболла» продолжает атаки на Израиль, а ХАМАС остается угрозой, несмотря на зачистку за последние два года.
Эти примеры лишь подтверждают правило: насильственное устранение лидеров и смена режимов извне редко приносят стабильность и мир. Исследования показывают, что такие операции редко достигают своих целей. Дженна Джордан, проанализировав 300 случаев устранения лидеров, пришла к выводу, что это не ведет к распаду организаций.
Без головы, но со щупальцами
Чем дольше существует организация, тем более она устойчива. Она создает внутренние протоколы, связи и механизмы преемственности. Лидер — важная фигура, но не единственная точка устойчивости. Особенно это касается религиозных организаций, где легитимность основывается на доктрине.
Устранение шейха Ахмеда Ясина в 2004 году не уничтожило ХАМАС. Организация продолжала развиваться и даже выиграла выборы в Газе в 2006 году. Талибан, потеряв лидера в 2016 году, быстро восстановился и в 2021 году захватил власть в Афганистане. Хотя арест лидеров может снизить частоту атак, это не решает проблему полностью.
Близкий выигрыш и дальние издержки
Целенаправленные убийства могут временно снизить уровень насилия. Но, как показывает анализ Майкла Бойла, они создают политические издержки для атакующей стороны: подрывают легитимность местных правительств и усиливают антиамериканские настроения. Устранение лидера может превратить его в символ, вокруг которого формируется новая конфигурация боевиков.
Гражданская война вместо демократии
Внешняя смена режима редко приводит к устойчивой демократизации. Примером тому служит вторжение США в Ирак в 2003 году, где после устранения Саддама Хусейна началась гражданская война. Ливия после устранения Муаммара Каддафи также не стала демократичной, а распалась на конкурирующие центры силы.
Исследования показывают, что насильственная смена режима повышает риск гражданской войны в первые годы после вмешательства. Это связано с разрушением старых элитных коалиций и ослаблением контроля государства за силовым аппаратом.
Сомнительная сделка
Смена режима часто не приносит экономической выгоды для интервента. Исследования показывают, что даже если в первые годы после вмешательства наблюдается рост торговли, он быстро исчезает. Новые элиты стремятся дистанцироваться от покровителя для укрепления внутренней легитимности.
Принуждение к миру
Хотя насильственная смена режима иногда продлевает межгосударственный мир, это не всегда так. Даже если новый режим устанавливается при поддержке внешней силы, со временем он стремится к автономии. Ожидания быстрого дипломатического сближения часто оказываются завышенными.
Истории успеха
Примеры успешных изменений режимов, как в Германии и Японии после Второй мировой войны, уникальны. Они включали полное поражение, тотальную оккупацию и масштабные реформы. Панама в 1989 году и Гренада в 1983 году — редкие примеры относительно успешных операций, где сочетание быстрого военного исхода и легитимной гражданской альтернативы позволило стабилизировать политическую систему.
Однако операции по уничтожению структур Аль-Каиды и ИГИЛ были частично успешными. Хотя они понесли значительные потери, полностью уничтожены не были и продолжают представлять угрозу.
Похмелье после праздника
Смерть диктатора может казаться праздником, но реальная политика сложнее. Авторитарные режимы — это не только лидер, но и сложная сеть бюрократии и интересов. Устранение лидера не разрушает фундамент режима. Внешняя насильственная смена режима и ликвидация лидера редко приводят к народному счастью.
