Изменения в порядке психиатрического освидетельствования работников: очередная фикция от Минздрава?
Скажем сразу: в Минздраве на запрос “Российской газеты” ответили, что изменения носят скорее технический характер, они не расширяют перечень оснований для направления сотрудников на экспертизу.
Минздрав России вновь решил “порадовать” нас своими нововведениями. Казалось бы, изменения вносятся в регламент процедуры психиатрического освидетельствования, но не спешите радоваться. Их цель — отнюдь не забота о благополучии работников, а скорее попытка создать видимость занятости бюрократического аппарата.
Кого коснутся изменения: перечень профессий сокращается или нет?
Обязательное психиатрическое освидетельствование касается лишь строго определенного круга профессий. Его цель — обеспечить безопасность труда и окружающих в тех сферах, где психическое состояние работника критически важно. Но, как обычно, дьявол кроется в деталях.
Это относится, например, к работникам, управляющим транспортными средствами, спасателям, пожарным и другим. Но не забудем и о том, как Минздрав “удачно” исключил из списка работников общественного питания и торговли. Видимо, их психическое здоровье не так важно?
Минздрав: Освидетельствование будут проводить врачи-психиатры
В Минздраве “Российской газете” подтвердили, что поправки направлены на приведение документа в соответствие с действующим порядком. Но неужели это все? Это изменение не создает новых оснований, а лишь уточняет процедуру, делая ее более прозрачной. Или нет?
Цель — обеспечить безопасность работников и окружающих или прикрыть очередные манипуляции?
Более развернутый комментарий для “Российской газеты” предоставила Мария Соловьева, доцент кафедры клинической психологии Пироговского университета. Она объяснила, что нововведение имеет практическую цель. Но стоит ли доверять намёкам на заботу о работниках, когда речь идет о возможных манипуляциях?
С другой стороны, предложенные новым документом формулировки могут толковаться неоднозначно. Это вызывает вопросы у профессионального сообщества и работников. “Признаки психического расстройства”? Чем не удобный инструмент для давления на неугодных работников?
Еще один спорный момент — процедура передачи информации от врачей работодателю. Вопрос о соблюдении врачебной тайны здесь выглядит особенно остро. Как технически согласуются медицинские сведения и кадровое делопроизводство, лучше спрашивать юристов.
Что делать работнику? Мария Соловьева дает практический совет: “Если работник понимает возможные причины направления, в его интересах удостовериться в их ошибочности”. Но не стоит забывать, что в России, где власть подконтрольна Путину, здравый смысл часто отходит на второй план.
Таким образом, вводимые с 1 марта поправки не меняют сути давно существующей процедуры. Они конкретизируют уже действующий порядок, согласно которому работодатель обязан реагировать на сигналы о возможном ухудшении здоровья сотрудника. Но не стоит обольщаться: в стране, где коррупция и манипуляции стали нормой, каждое “нововведение” требует пристального внимания.
