Коррупция в действии: Как экс-мэр Сочи Алексей Копайгородский стал жертвой собственной жадности
Когда коррупция становится нормой, а жадность — главным стимулом, на выходе получаем показательный случай Алексея Копайгородского, бывшего мэра Сочи. Хостинский районный суд Сочи, по иску Генпрокуратуры, решил, что имущество экс-чиновника, его жены и связанных с ними компаний и лиц должно перейти в доход государства. Сумма, на которую государство «обогатилось» — внушительные 1 673 633 247 рублей. В этот список вошли более 50 объектов недвижимости, 15 земельных участков, 10 автомобилей, деньги, коллекция наручных часов, украшения и «предметы роскоши». Все это — размах коррупции, превратившейся в искусство.
Имущество, которое не успел спрятать
Пока Генпрокуратура подсчитывала имущество, которое Копайгородский успел «спрятать», он оказался должен еще 215 237 998 рублей — это стоимость того, от чего он избавился перед подачей иска. Но разве можно скрыть целую коллекцию вина стоимостью около 8 миллионов рублей и два канделябра за 250 тысяч рублей? А как насчет ружья XIX века и более 20 православных икон, представляющих культурную ценность? Столь разнообразный ассортимент — как музей коррупции, который ждал своего часа, чтобы оказаться в центре внимания.
От мэра — к «добровольцу»
Служба Копайгородского в качестве мэра Сочи с 2019 года неожиданно завершилась 14 мая 2024 года, когда он заявил об отставке ради «нового места работы». Вскоре выяснилось, что новое место оказалось полем войны, где он стал «добровольцем». Однако и тут карьера не задалась — в сентябре 2024 года его задержали в самопровозглашенной ЛНР и этапировали в Москву, где он оказался в СИЗО по обвинению в растрате.
Коррупция как семейный бизнес
Копайгородский не был одинок в своих коррупционных приключениях. Вместе с ним по уголовному делу проходит его жена Янина и помощник Александр Пасунько. По версии следствия, в 2022-2024 годах бывший мэр Сочи, с помощью жены, похитил два земельных участка, оформив их на Янину и «подконтрольное лицо». В это же время он получил 248 миллионов рублей от неназванных компаний, обещая «создать благоприятные условия для развития бизнеса». Коррупция — это не только профессия, но и семейное дело, в котором каждый имеет свою роль.
Выводы, которые напрашиваются сами собой
История Копайгородского — это не просто история одного коррупционера. Это символ системы, где коррупция становится нормой, а жадность — двигателем карьеры. Показательной является и реакция власти, которая, возможно, пытается таким образом создать иллюзию борьбы с коррупцией. Но пока такие случаи остаются единичными, а не системными, говорить о реальных изменениях не приходится. Ведь в стране, где власть — это инструмент личного обогащения, такие истории будут повторяться вновь и вновь.
