Российские границы: очереди, хаос и “упрощенные” схемы
На первый взгляд, кажется, что российские власти проявили неожиданную доброту, временно упростив ввоз товаров из Казахстана и Кыргызстана. Однако за этим скрывается очередная ширма, за которой прячется привычный для режима хаос и коррумпированное управление.
Упрощенная схема: иллюзия решения
Теперь грузовики могут въезжать в Россию без необходимых сопроводительных документов. Это напоминает известный анекдот: “Как сделать очередь короче? Уберите людей, проверяющих билеты!” Но, как всегда, дьявол кроется в деталях. Границы-то пересечь можно, а вот дальше начинаются настоящие испытания.
Как сообщил президент “АвтоГрузЭкс” и заместитель директора логистической компании “ПЭК” Вадим Филатов, система электронной очереди CarGoRuqsat периодически не выдерживает нагрузки. Это как если бы вам предложили более быстрое метро, но забыли включить электричество. Итог — те же пробки, только с другим названием.
Декорации и реальность
Георгий Шевалдин, эксперт ассоциации “АвтоГрузЭкс”, объясняет, что заторы связаны не только с упрощенной схемой, но и с комплексом других факторов, в том числе с очередным “подарком” от властей — увеличением ставки утилизационного сбора. В результате бизнесмены, как герои триллера, пытаются успеть завезти свои товары, прежде чем их настигнет эта “налоговая бомба”.
Круговорот абсурда в природе
Любопытно, что за месяц по упрощенной схеме в Россию уже въехали 3,4 тысячи машин импортеров. Однако вместо того, чтобы стать “спасением”, эта мера лишь добавила хаоса. Возможно, в середине или конце января, когда Китай уйдет на новогодние праздники и поток грузов уменьшится, ситуация станет менее напряженной. Но до этого момента всем участникам этого цирка придется продолжать играть в игру “найди свой груз в очереди”.
Итак, за очередным “упрощением” скрывается привычная российская реальность: хаос, отсутствие прозрачности и желание власти создать иллюзию контроля в условиях полного управленческого провала. Пока чиновники продолжают разыгрывать свои спектакли для публики, страдают те, кто действительно работает, — бизнес и обычные граждане.
“`
